История семьи. Глава 7. Царь.

Если любовь уходит, какое найти решенье?
Можно прибегнуть к доводам, спорить и убеждать,
Можно пойти на просьбы и даже на униженья,
Можно грозить расплатой, пробуя запугать.
Можно вспомнить былое, каждую светлую малость,
И, с болью твердя, как горько в разлуке пройдут года,
Поколебать на время, может быть, вызвать жалость
И удержать на время. На время — не навсегда.
                                                                Э.Асадов

                                               

                                                                                                                           
          Неглупый, симпатичный, с отличным чувством юмора, а главное удивительно рукастый Владимир был старше меня на 10 лет. Редко кто называл его по имени, к нему накрепко прилипло прозвище «Царь». Он профессионально ухаживал, его нисколько не смущало то, что я замужем. Я не сразу догадалась, что его умение обольщать женщин это результат огромного опыта, бабником он был редкостным: не пропускал ни одной юбки, умудрялся флиртовать с женщинами даже в очереди в винный магазин. Но чем-то он меня зацепил, мы начали встречаться. Сдав летнюю сессию, мы отправились отмечать это событие, посидев в кафе, продолжили мероприятие в Горенках у озера. Жгли костер и веселились, забыв о времени. Заночевали у костра. 

           Несчастный Андрей всю ночь бегал вокруг дома моих родителей, у которых мы жили в то время (в нашей комнате шел ремонт), надеясь на то, что я все-таки вернусь. Вернувшись вечером следующего дня, я выслушала все, что обо мне думали родители, и попросила у Андрея развод. Развелись мы также тихо, как и расписались. Я встречалась с Царем и была вполне довольна жизнью, но однажды в воскресение мы с Вовкой гуляли по улицам и встретили у кинотеатра «Первомайский» Андрея с девушкой. Трудно передать, что творилось со мной, сказать, что я была в гневе – ничего не сказать. Я была настолько взбешена и расстроена, что бросила Владимира на улице и умчалась к родителям. Мы были очень близки с батюшкой – он понял меня с полуслова и утешал как мог. Не смог он удержаться от фразы: «Тебе можно, а ему нет?». Глотая слезы, я кивнула. Папа улыбнулся, обнял меня и мне стало легче. 

   

    Когда я забеременела, мы встречались с Володей уже более полутора лет. Мы готовились к этому событию и ждали его, но поругались из-за какого-то пустяка. Тогда Царь выкрал мой паспорт и отправился к своей однокласснице, которая работала заведующей нашего районного ЗАГСа. Она приняла заявку, выдала положенное приглашение для новобрачных в магазин «Весна».                         

Вечером жених явился ко мне и поставил меня перед фактом, пригрозил, что и женится на мне без меня, если я буду упорствовать. Во времена тотального дефицита приглашение в «Весну» было сказочным подарком, ведь там можно было купить вещи, которых не было на прилавках обычных магазинов. К тому же в ЗАГСе давали талоны в специальный гастроном, где можно было приобрести остродефицитные продукты к свадебному столу. Разве я могла отказаться? После свадьбы мы готовились к защите диплома. Свой я быстро закончила, а потом приступила к диплому мужа (мы ведь учились в одной группе). Пока на последних месяцах беременности я чертила Царю диплом, он пропадал у своей дочери от первого брака. А получив диплом, загулял и пропал. 

          Когда я родила Сашу, родители сообщили ему об этом, он явился в роддом на выписку. Переночевав, утром ушел на работу, а вернулся через 4 месяца. Когда Саше исполнился месяц, я устроилась на работу санитаркой в детский санаторий неподалеку от дома. Уборка занимала 2-3 часа в день, коляска с ребенком стояла под окнами. Родители очень мне помогали, приносили продукты, сидели с внуком. Забавно было наблюдать, как батюшка носил внука на подушке, боясь что-нибудь сломать малышу, он боготворил внука. В то время я чувствовала себя абсолютно одинокой и глубоко несчастной. В двадцать четыре года я считала свою жизнь законченной. Поэтому, когда нагулявшись, блудный муж вернулся, я приняла его. Вот тут началось настоящее мучение: каждый день, посадив ребенка в коляску, я ездила встречать его с работы. Но это не помогало: приняв на работе спирта, которым снабжали коллеги по работе, он требовал продолжения банкета в ближайшем лесу. Естественно, вся его зарплата оставалась в винном отделе, домой я привозила его уже изрядно поддатого. Так продолжалось несколько месяцев изо дня в день. Когда Шурику исполнилось годик, я устроила его в детские ясли и вышла на работу. Днем я работала в отделе снабжения, утром мыла полы, оформив младшую сестренку, а ночами печатала рефераты по 40 копеек за лист, это называлось «работа по НИСу (научно-исследовательский сектор)», на эту работу я оформила знакомую студентку дневного отделения. К сожалению, детские ясли не самое полезное учреждение для детей. Мой малыш неделю посещал его, а три недели мы сидели дома, оплачивалась только первая неделя больничного листа, остальное время болезни за свой счет, поэтому и приходилось крутиться. Тогда я и поставила крест на беспутном муже и нерадивом отце, выставив его из дома.